Семья с ребенком подростком

Проблема принятия семьей факта вступления ребенка в подростковый период

Данный семейный кризис связан с необходимостью семьи приспособиться к факту взросления ребенка и достижения им половой зрелости. Важнейшим аспектом процесса вторичной индивидуализации является деидеализация родителей. В поисках собственной идентичности подросток может бросать вызов семейным правилам, регламентирующим его личную жизнь, шокировать семью нетипичными для нее ценностями и поведением.

Шаповаленко И.В. указывает на то, что этот возрастной период детей требует особого внимания родителей к тем переменам, которые происходят с растущим ребенком, особой гибкости их педагогической тактики, огромного терпения, взвешенности, умения видеть позитивное и истинное в вызывающем поведении подростка.

Ремшмидт X. выделяет среди причин конфликтов наиболее важные: различие опыта детей и родителей, прежде всего касающееся подросткового периода; несформированность четких этапов перехода от детской зависимости к взрослой независимости; отсутствие правил, определяющих ослабление родительской власти; психологические и социальные различия между родителями и детьми.

Н.И. Олифирович, Т.А. Зинкевич-Куземкина и Т.Ф. Велента отмечают, что сложность процесса вторичнои индивидуации может выражаться в амбивалентном поведении подростка: он может казаться то очень взрослым, то совсем маленьким ребенком. Противоречивость процесса взросления, как правило, болезненно переживается самими родителями и вызывает полярные переживания, связанные с желаниями то чрезмерно контролировать ребенка, то поддерживать его автономность. В результате происходит столкновение взаимоисключающих тенденции: с одной стороны — стремления родителей видеть своего ребенка независимым и самостоятельным, а с другой — гиперпротекционистских установок, стремления контролировать жизнь подростка. Это является для них своеобразным испытанием в способности доверять ребенку.

Как отмечают Н.И. Олифирович, Т.А. Зинкевич-Куземкина и Т.Ф. Велента, в силу этих обстоятельств семья переживает чрезвычайно тяжелый период, который можно назвать «кризисом ответственности». Он связан с необходимостью перераспределить зоны ответственности в семье и, в частности, определить, какова доля ответственности подростка. Семье нужно выработать соглашение по поводу того, за что может отвечать ребенок, а за что — нет, каковы теперь обязанности родителей. Этот процесс может быть очень болезненным, сопровождаться конфликтами, отсутствием взаимопонимания с обеих сторон, нежеланием считаться с чувствами друг друга, попытками родителей усилить контроль за
подростком и эмоциональной отстраненностью от его реальных трудностей, непринятием его нового статуса.

К наиболее типичным вопросам, которые волнуют родителей в этот период, авторы относят следующие: стоит ли контролировать общение подростка с друзьями; до каких пор можно предоставлять ребенку свободу; надо ли установить жесткие ограничения или дать подростку больше свободы; как относиться к некоторым шокирующим моментам в поведении ребенка; какие особенности поведения ребенка можно считать типичными для данного возраста, а какие сигнализируют о неблагополучии в его развитии? и др.

Авторы указывают, что с достижением ребенком подросткового возраста перед семьей вновь встает необходимость в структурных изменениях. Подростковый кризис на микросистемном уровне психологического функционирования семьи можно рассматривать как внутрисемейную борьбу за поддержание прежнего иерархического порядка. Родители больше не обладают всей полнотой власти и должны считаться с все возрастающей компетентностью подростка. В связи с этим им необходимо предоставить ему больше автономии и быть более гибкими в принятии его возрастающей независимости.

Олифирович Н.И., Зинкевич-Куземкина Т.А. и Велента Т.Ф. пишут о том, что разрешение проблем на данном этапе вновь будет зависеть от способов решения критических задач, коммуникации и ведения переговоров, выработанных на более ранних стадиях развития семьи.

Орешникова И.Б. утверждает, что в семьях подростков, употребляющих наркотики, обнаруживаются специфические особенности внутрисемейных отношений, фиксирующие аддитивное поведение подростка и формирующее особый тип поведения родителей.

Авторы указывают, что в тот период, когда дети входят в подростковый возраст, супруги часто сталкиваются с переменами в собственной жизни, что нередко вызывает переоценку и супружеских отношений. В случае, если она приводит к расколу родительской (супружеской) диады, ребенок склонен объединяться с тем или другим родителем для обретения большей свободы. В результате в семье может возникать такое структурное нарушение, как межпоколенная коалиция.

Проблемы в семейной системе, обусловленные поведением подростка, тесно связаны с опытом, имеющимся в расширенной семье. Как правило, на особенности переживания семьей данного кризиса оказывает влияние характер преодоления подростковых коллизий самими родителями. С позиции собственного опыта они могут стремиться оградить детей от «ошибок», допущенных ими в том же возрасте. Некоторые родители пытаются реализовать через детей то, что им самим не удалось в свое время сделать либо получить от своих родителей.

Целуйко В.М. говорит о том, что самой распространенной ситуацией во многих нынешних неблагополучных семьях является неумение, а иногда и нежелание родителей строить свои взаимоотношения с детьми на основе разумной любви. Рассматривая ребенка как личную и частную собственность, такие родители могут либо чрезмерно опекать его, любо постоянно наказывать, любо всячески уклоняться от воспитания. При этом они могут искренне верить, что делают это ради его же блага.

Следовательно, если родители когда-то столкнулись с трудностями при отделении от своей семьи, для поддержания эмоционального баланса они будут склонны культивировать зависимость в собственном ребенке. Развитие его индивидуальности может таить в себе угрозу для семьи с проблемами в супружеской подсистеме, провоцируя тревогу расставания и страх одиночества у родителей. В этом случае супруги не будут способны
признать возрастающую потребность ребенка в самостоятельности, и последний, чтобы заслужить их одобрение, в свою очередь, окажется вынужден игнорировать собственные желания. У подростков, не способных отделиться от своих родителей, могут наблюдаться депрессивные симптомы. Депрессия может развиваться в случае, когда подросток пытается удовлетворить потребности родителей в ущерб собственным.

Колесникова Г.И. говорит о том, что проблемы поведенческого плана, а так же отдельные соматические заболевания подростков напрямую связаны с неблагополучием в супружеских отношениях между родителями. Однако, проблемы взаимоотношений между супругами имеют истоки, в свою очередь, в родительских семьях каждого из них, следовательно, мы получаем замкнутый круг.

Кемпински А. выделяет следующие проявления подростковой депрессии: форма безразличия и апатии; форма бунта против старшего поколения; форма самоотречения (отсутствие веры в самого себя и отказ от прогнозирования своего будущего); лабильная форма (колебания настроения, в основе которых лежат гормональные изменения).

Автор указывает, что подростковая депрессия может скрываться за проблемным поведением в школе, гиперсексуальностью и асоциальным поведением ребенка. В подобных случаях родители обычно применяют карательные меры воздействия, расценивая поведение подростков как немотивированное и нуждающееся в коррекции, что еще более усугубляет депрессию.

Протекание данного семейного кризиса может осложняться часто приходящимся на этот же период личностным кризисом «середины жизни» родителей. Кроме того, интенсивность, длительность и болезненность переживания семьей данного переходного этапа во многом определяются качеством преодоления предыдущих кризисов и количеством неразрешенных задач развития семейной системы

Москвичева H.Л. и Реан А.А. говорят о том, что степень драматичности перехода к эмоциональной автономии во многом зависит от поведения родителей. Если родители не понимают закономерного характера эмансипации, они часто чувствуют обиду, обвиняют детей в черствости и неблагодарности, могут поощрять излишнюю зависимость детей или сами обращаются за эмоциональной поддержкой к детям. В таком случае переходный возраст может надолго затянуться. В результате инфантильные молодые люди могут никогда не обрести социальной зрелости и часто предпочитают жить с родителями, даже после вступления в собственный брак. При здоровом процессе индивидуализации у подростка формируется представление о себе в системе относительно стабильных эмоциональных связей.

Таким образом, когда ребенок достигает подросткового возраста, назревает необходимость перестройки всей семейной системы. Прежние формы контроля и взаимодействия уже не устраивают и не решают проблем ни детей, ни родителей. Кризис успешно преодолевается при условии готовности к переменам, в первую очередь самих родителей. Часто подростковый период детей накладывается на личностные кризисы родителей, что существенно осложняет быстрое и безболезненное прохождение данной стадии. Так же сложности во взаимоотношениях могут быть обусловлены проблемами прохождения данной стадии самими родителями. Учитывая, что паттерны взаимодействия чаще всего молодые люди берут из своих родительских семей, скорее всего такие сложности и ошибки в воспитании и взаимодействии повторяются из поколения в поколение.